Кредиты
03.02.2011

Иллюзии о собственной финансовой грамотности - это поле для шарлатанов и жуликов

- Диляра, добрый день! Рада, что вы нашли время для того, чтобы поделиться с нашими читателями результатами исследований потребительского поведения. Для начала расскажите, пожалуйста, как давно вы проводите исследования финансового рынка в нашей стране? И как возникла идея создания НАФИ?

- Так сложилось в моей жизни, что лично я достаточно давно занимаюсь исследованиями потребительского поведения с акцентом на потребительских ожиданиях. Закончив аспирантуру МГУ им. М.В. Ломоносова, причем моя работа напрямую касалась математико-статистических методов в гуманитарных исследованиях, я работала по программе технической помощи США Минфину России. В рамках этой программы с 1995 года мы начали активно развивать проект изучения потребительских настроений и ожиданий населения, который в последнее время переживает новый этап развития по инициативе ЦБ РФ.

Понятно, что потребительские ожидания тесно связаны с экономическим поведением людей, ибо всегда возникает вопрос о том, что будут делать люди в ближайшей перспективе – сберегать или тратить. А ответ на этот вопрос заключается в понимании того, как население оценивает перспективы экономического развития страны в целом и личного благосостояния в частности, как они оценивают ситуацию на потребительском и финансовом рынках и т.д. Всей этой тематикой лично я занимаюсь уже больше 15 лет. Что касается НАФИ, то в следующем году нам исполняется 5 лет.

Мы являемся агентством, которое специализируется на изучении поведения, стратегий и мотиваций потребителей финансовых услуг в нашей стране. Понятно, что исследования такого рода требуют специальных дополнительных знаний, умений и квалификации. Приоритетной сферой деятельности НАФИ является изучение процессов, происходящих на банковском, страховом и инвестиционном рынках, включая сегментирование потребителей, изучение услуг и тарифов, оценку уровня сервиса, качества обслуживания, лояльности потребителей, а также определение перспектив развития данных рынков. Благодаря наличию академической базы (мы вместе с Ольгой Кузиной работаем и на факультете социологии ГУ-ВШЭ) мы стараемся сочетать теоретические подходы с реальностью и прикладными исследованиями.

- Замечательно, что есть такая возможность. Давайте теперь и мы перейдем от теории к практике. Одно из самых интересных ваших исследований касается изучения навыков финансовой грамотности россиян. По вашим последним наблюдениям, каков ее уровень в текущий период, и повлиял ли кризис на желание людей больше разбираться в экономике или нет?

- Здесь, в действительности, произошла интересная вещь. Мы мониторим финансовую грамотность путем целого комплекса вопросов, в том числе и тестовых. Но для начала нужно определить, что понимать под финансовой грамотностью. В 2007 году с этой целью мы провели опрос экспертов (топ-менеджеров банков, страховых компаний, представителей регуляторов), в результате которого стало понятно, что финансовая грамотность – это не только знания и навыки по использованию финансовых услуг, но и установки, т.е. понимание необходимости ведения семейного бюджета, накопления денежных средств на старость и т.д. Нами был проанализирован и международный опыт в исследовании этого вопроса. Самыми «продвинутыми» в этом отношении являются британцы. В международной практике часто используются определения, разработанные по результатам фокус-групп Управлением по финансовому регулированию и надзору (FSA), являющимся регулятором рынка финансовых услуг.

Финансовая грамотность подразумевает очень базовые вещи (это не финансовое образование, это не бизнес-образование и т.п.) – управление деньгами (ведение бюджета доходов и расходов, проверка выписок с банковского счета, решение проблем с временной нехваткой денег и т.п.); долгосрочное планирование (создание резервов «на черный день», страхование, пенсионные накопления, сбережения на образование детей и крупные покупки и т.п.); выбор между различными альтернативами (информированность о существующих альтернативах и их характеристиках, источники информации, умение читать договоры перед подписанием и т.п.); получение помощи, совета (понимание различий между рекламой и информацией, информированность о том, где получить независимую оценку и совет в финансовых вопросах, как и куда обращаться с жалобами); умение калькулировать (знание простых и сложных процентов, понимание номинальных и реальных, абсолютных и относительных величин и т.п.). Вообще, финансовая грамотность – это на самом деле финансовая ответственность, точнее понимание финансовой ответственности за принятые решения и умение оценивать связанные с ними риски.

Если рассматривать финансовую грамотность в прикладном варианте, то мы исследовали поведенческие установки людей, например умение вести личный бюджет, делать сбережения «на черный день» или на пенсию, знания относительно того, что такое потребительский кредит, как рассчитывается полная стоимость кредита, что такое система страхования вкладов и связанные с этими знаниями навыки, то есть умение применять эти знания в практических жизненных ситуациях. И, разработав специальный опросник, мы регулярно проводим замеры.  В кризис произошла интересная вещь: субъективные оценки, то есть самооценки людей относительно того, считают ли они себя финансово грамотными, возросли. Доля тех, кто полагает, что их знания в финансовой сфере хорошие и отличные, за время кризиса увеличилась, а доля тех, кто считает свои знания неудовлетворительными, уменьшилась.

В принципе, это объяснимо, потому что в кризис было море финансовой информации, и люди сами стали себя ощущать более финансово грамотными. Но здесь есть определенная опасность оказаться во власти самообмана, поскольку когда мы измеряем объективные параметры, то выясняется, что там ничего не изменилось. Единственное небольшое изменение касается вопроса о том, сравнивают ли люди при покупке той или иной финансовой услуги условия, предлагаемые различными финансовыми организациями. До кризиса доля респондентов, которые никогда не сравнивают стоимость одной и той же финансовой услуги в различных организациях, то есть действуют по принципу «пришел, увидел, купил», была равна 40%. В разгар кризиса эта цифра снизилась до 14%. Но при этом нельзя сказать, что эти «ушедшие» 26% респондентов теперь всегда сравнивают стоимость финансовых услуг.

Они просто распределились между другими группами, такими как «сравниваю время от времени», «иногда сравниваю» или «сравниваю при наличии возможности» и так далее. И это единственная подвижка. И, как вы понимаете, если ваши субъективные оценки личной финансовой грамотности возросли, а по объективным параметрам все осталось на том же уровне, то, на самом деле, это является весьма опасной тенденцией, ибо порождает опасные иллюзии. На данный момент россияне более грамотными в финансовых вопросах не стали, изменились лишь самоощущения, но до подвижек в реальной жизни очень далеко. Опасность пребывания в иллюзиях собственной грамотности, думаю, всем понятна: это широкое поле для шарлатанов и жуликов, основа для рискованных финансовых шагов в личном бюджете и так далее.

- Занимаетесь ли вы исследованием ипотечных проблем россиян. И если да, то расскажите о результатах работы.

- Мы регулярно занимаемся исследованием динамики и структуры использования финансовых услуг. Если мы посмотрим как раз на динамику за последние два года, то, в принципе, общая доля пользователей финансовых услуг в России не уменьшилась, а, наоборот, увеличилась. Рост доли пользователей финансовых услуг произошел как раз за счет новых вкладчиков банков, а также за счет роста пользователей зарплатных карт (что, конечно, свидетельствует не об активности, а, скорее, пассивности, поскольку зарплатные карты в большинстве случаев открываются работодателями, а не являются результатом личного выбора работника). Что касается доли заемщиков, то в 2009 году она уменьшилась, но не обвалилась: сильно упасть она и не могла, потому что если у вас есть кредит, то вам нужно продолжать платить по нему, и никуда от этого не деться.

В отношении потребительского кредитования во II квартале 2010 года пошел небольшой рост. А что касается ипотеки, то ее уровень на данном этапе никак не изменился. Как были 1–2% респондентов, утверждавших, что у них есть ипотека, так и остались. Некоторые интересные подвижки можно заметить, если проанализировать жилищные планы россиян. В октябре 2010 мы спросили людей: «Собираетесь ли вы в ближайшие 3 года что-либо предпринять для улучшения жилищных условий?». Подчеркну, что вопрос был сфокусирован на конкретном временном периоде в 3 года. Так вот, если в ноябре 2009 года доля ответивших «да» была около 25%, то в 2010 году уже 32%. Когда мы начинаем интересоваться: «А что конкретно вы хотите предпринять?» – то оказывается, что доля тех, кто выбирает «покупку, обмен жилья», возросла с 21% в 2009 году до 33% в 2010 году.

Далее мы спрашивали этих людей: «За счет каких средств вы собираетесь совершить покупку или обмен жилья?». Понятно, что здесь могут быть и собственные средства, и частный долг, и банковские кредиты. Так вот, доля тех, кто выбирает ипотеку, увеличилась за год в два раза – с 6% до 12%. Конечно же, во-первых, это не так много (поскольку это доля не от всех домохозяйств, а только от тех, которые на вопрос: «Собираетесь ли вы в ближайшие 3 года что-либо предпринять для улучшения жилищных условий?» – ответили «определенно да» или «пожалуй, да»). Во-вторых, большинство респондентов говорит, что планирует использовать собственные средства (хотя они есть не у всех из них). Но все равно полученные данные говорят о том, что люди «открываются» для ипотеки.

Безусловно, спрос на нее меньше, безусловно, она не будет расти такими темпами, но за время кризиса люди накопили какие-то деньги, объем вкладов увеличился. Что дальше делать с этими деньгами? Процентные ставки по вкладам снижаются с конца прошлого года, реальная процентная ставка становится отрицательной, акции у нас практически не распространены, а недвижимость по-прежнему остается привлекательным активом. Предпочтения здесь нисколько не изменились за время кризиса, поэтому накопленные сбережения могут быть использованы как первоначальный взнос в ипотеку. Основываясь на этих цифрах, я полагаю, что существующая ситуация подстегнет спрос на ипотечные продукты банков. Здесь могут, конечно, возникнуть другие проблемы. Например, поскольку за время кризиса чего-то нового фактически не строилось, то при существующем положении с высоким спросом это может привести к росту цен на квартиры. Выход здесь возможен либо при субсидировании процентных ставок государством, скажем, либо вообще при переходе на другие формы решения жилищной проблемы (аренда, кооперативы и т.д.)

- Благодарю за то, что поделились с читателями такими ценными наблюдениями, да еще и подкрепленными цифрами. Надеюсь на продолжение нашей беседы о факторах финансового поведения наших граждан в ближайшее время. Всего доброго.

- Буду ждать встречи. До свидания.

РБК.Личные Финансы

Наталия Трушина

«Кредит Банк 24»
© 2008 — 2022
p